Когда идея становится призванием
До основания Cult Club Назрин преподавала во Франко-Азербайджанском университете (UFAZ). После возвращения из Лондона в 2017 году это стало следующим естественным шагом в её образовательной карьере.
«Сначала я просто преподавала онлайн, одновременно заботясь о муже и сыне. Но я всегда чувствовала внутреннюю потребность делать больше. Лондон заразил меня культурой закрытых клубов. Я начала работать над идеей клуба ещё во время работы в UFAZ. Изначально это был социальный проект, существовавший на бесплатной основе, а уже позже мы зарегистрировали ООО и создали веб-сайт. Всё началось именно как социальная инициатива. В процессе я также прониклась самой идеей социального предпринимательства».
Переезд в Лондон стал судьбоносным. Именно там Назрин познакомилась с атмосферой закрытых клубов, таких как легендарный Soho House.
«Благодаря моему мужу, который первым познакомил меня с клубной культурой, а также другу, который возил меня на лекции. Посещая такие места, я познакомилась с руководством и стала интересоваться программой мероприятий на месяц вперёд. Так началось моё знакомство с подобными клубами. Я даже написала мотивационное письмо для вступления, но затем мы вернулись в Баку. И именно тогда началась история Cult Baku».
По словам Назрин, название клуба родилось в результате её размышлений о культуре.
«Мне казалось, что мы как общество уделяем культуре недостаточно внимания. Однако, как и любой другой народ, мы можем многое предложить миру. Каждый человек проходит свой собственный путь. И если разум и сердце находятся в гармонии, этот путь обязательно приведёт вас в правильном направлении».
Нет неталантливых людей — есть те, кто ещё не нашёл себя
Назрин не питала никаких иллюзий.
«Я никогда не думала, что Cult внезапно станет популярным», — говорит она, подчёркивая, что понимала: спрос на клуб появится только в том случае, если качество предлагаемого опыта будет действительно высоким.
«Поэтому мы с моей командой много работаем над тем, чтобы участники получали то, что вызывает у нас самих искренний интерес. Пока этого нет, ожидания и реальность не совпадают. В итоге всё оказалось намного лучше, чем я могла себе представить. Самое важное — сделать первый шаг. Именно тогда перед человеком открывается дорога».
Несмотря на успех, путь клуба не обходится без трудностей. Одна из них — непредсказуемость приоритетов аудитории.
«Меня удивляет, насколько для некоторых людей важнее знать, кто будет присутствовать на встрече и с кем можно будет сфотографироваться, чем содержание самой встречи. С другой стороны, клуб часто становится источником приятных открытий. Для многих знакомство с нами происходит впервые, и именно это делает опыт таким привлекательным. Неожиданной оказалась и реакция на анкету и обязательный вступительный взнос. Мы объясняем, что это не барьер, а гарантия качества».
Говоря об искусстве, Назрин выступает не как куратор или эксперт, а как человек, для которого искусство стало внутренним ориентиром.
«Искусство — это проявление человеческого таланта. Нет неталантливых людей, есть только те, кто ещё не нашёл себя. Когда я смотрю на картину Саттара Бахлулзаде „Весеннее утро в Баку“, я понимаю, что мой день уже будет другим. Или когда я слушаю прелюдии Баха, я сразу ощущаю внутренний отклик. Искусство позволяет заново открыть самого себя, даже если человек напрямую с ним не связан».
Наследие — это то, что наши предки оставили нам своим трудом, творчеством, поступками и мыслями
Как выбраться из «негативных ям»?
Ответ Назрин одновременно духовный и практический:
«До тридцати лет я могла позволить себе страдать. Сейчас я понимаю, что страдание отнимает у человека дух. А это не предназначение духа. Я молюсь, читаю зикры, общаюсь с родственниками — и это возвращает меня к реальности. Иногда даже простая прогулка или разговор с ребёнком способны принести огромное облегчение. Пост в Рамадан также является формой очищения, потому что разум и сердце начинают работать в единстве».
Для Назрин наследие — это не только история, но и руководство к действию.
«Наследие сохраняется даже в почерке, это совокупный след предыдущих поколений. Наследие — это то, что наши предки оставили нам своим трудом, творчеством, поступками и мыслями. Конечно, наследие важно сохранять таким, каким оно дошло до нас. Но не менее важно учиться на нём и вносить изменения в настоящее, чтобы сделать будущее лучше. Поэтому наследие — это ещё и способ научиться правильно жить и вести себя».
Назрин с удовольствием рассказывает о своих любимых книгах — от классики до современных авторов.
«„Приключения Тома Сойера“ — это настоящая инструкция о том, как следует поступать и какие последствия могут иметь наши действия, особенно если в семье растёт мальчик. Я очень люблю произведения Франсуазы Саган. Когда я начала погружаться в её роман „Здравствуй, грусть“, то вернулась и перечитала всё, что читала раньше. Возможно, это совпало с романтическим периодом взросления.
Кроме того, я люблю биографии. Большое влияние на меня оказали биографии пророка Мухаммеда, Стива Джобса и Черчилля. Кто бы мог подумать, что Черчилль любил работать лёжа и при этом был гораздо продуктивнее, чем многие люди в офисах?
Мне очень нравятся произведения Стефана Цвейга, особенно „Шахматная новелла“. Роман „Поющие в терновнике“ оставил неизгладимое впечатление на долгие годы.
Среди современных авторов мне было особенно интересно читать Экхарта Толле и его идеи о силе настоящего момента.
Магсуд Ибрагимбеков — выдающийся творческий человек, к которому я испытываю огромное уважение. Если бы каждый житель Апшеронского полуострова прочитал его книгу „И не было лучше брата“, возможно, некоторые традиции навсегда остались бы в прошлом».